Генпрокурор Украины Руслан Кравченко объявил подозрение директору НАБУ и покинул страну; Зеленский потребовал его увольнения

Почему это важно

Этот эпизод — открытое столкновение между Офисом генерального прокурора и ведущими антикоррупционными органами страны (НАБУ и САП), независимость которых является одним из ключевых условий евроинтеграционного пути Украины. Президент публично встал на сторону антикоррупционных органов и в течение нескольких часов инициировал процедуру увольнения генпрокурора, что свидетельствует о политической цене, которую Банковая готова платить за защиту НАБУ и САП. На фоне операции «Карфаген», направленной против коррупции внутри самого Офиса генпрокурора, ситуация затрагивает доверие к судебной и правоохранительной системе Украины и напрямую учитывается Евросоюзом при оценке реформ.

Что произошло

Утром 14 сентября 2026 года генеральный прокурор Руслан Кравченко опубликовал семиминутное видеообращение, в котором заявил, что подписал уведомление о подозрении директору Национального антикоррупционного бюро Семену Кривоносу — по эпизодам 2008–2009 годов (якобы фиктивное усыновление ребёнка для получения амнистии в деле о подкупе избирателей, ч. 2 и ч. 3 ст. 358 УК) и 2014 года (якобы требование неправомерной выгоды в особо крупном размере, ч. 4 ст. 368 УК), а также подозрение лицу из окружения руководителя Специализированной антикоррупционной прокуратуры Олександра Клименко. Кравченко заявил, что ранее от этого решения его «политически удерживал» президент Зеленский.

Кривонос и руководство НАБУ/САП на совместном брифинге в тот же день заявили, что подозрение официально не вручалось ни Кривоносу лично, ни НАБУ/САП, назвав публикацию «телеграм-подозрением»; вечером Офис генпрокурора сообщил, что соответствующие записи в ЕРДР были отменены, поскольку оснований для уведомления о подозрении не было. Сам Кравченко настаивал, что подозрение было подписано, зарегистрировано в ЕРДР и направлено почтой с подтверждающими квитанциями.

В течение часа после видеообращения президент Зеленский заявил, что у Кравченко «есть только один путь — увольнение с должности», призвал Верховную Раду немедленно поддержать отставку и внёс представление о даче согласия на увольнение генпрокурора; профильный комитет Рады его поддержал. Вечером 14 сентября Зеленский подписал указ № 905/2026 об отстранении Кравченко от должности на основании ч. 2 ст. 11 закона о правовом режиме военного положения. Голосование по отставке в Раде запланировано на 15 сентября.

По данным источников «Украинской правды» в правоохранительных органах, Кравченко пересёк границу ночью 14 сентября около 02:30 на служебном автомобиле; сам Кравченко подтвердил, что находится в «заграничной командировке» с целью встреч с международными партнёрами. Антикоррупционный центр заявил, что выезд был возможен только с разрешения президента, и связал его с подписанием подозрения Кривоносу; источники в Офисе президента, напротив, назвали решение Кравченко «личной самодеятельностью», не согласованной с Банковой.

Кривонос и Клименко на брифинге заявили, что в ходе обысков в Офисе генпрокурора по делу «Карфаген» изъята лишь справка — список детективов, находившихся под контрразведывательным давлением, а не материалы уголовных производств; Кравченко, напротив, утверждал, что НАБУ и САП получили доступ к защищённым материалам, часть которых была скопирована и похищена.

Как об этом пишут украинские источники

Украинская редакция подаёт события как прямое столкновение между Офисом генпрокурора и антикоррупционными органами: НАБУ и САП квалифицировали действия Кравченко как «продолжение системной атаки на независимые антикоррупционные органы», активная фаза которой, по их оценке, началась летом предыдущего года с попытки подчинить НАБУ и САП генпрокурору. Президент Зеленский открыто поддержал антикоррупционные органы и в течение суток инициировал отстранение и увольнение Кравченко, что в украинской перспективе рассматривается как сигнал о защите институциональной независимости НАБУ и САП. Критически оценивается и сам формат «телеграм-подозрения», и одновременный ночной выезд генпрокурора за рубеж; ряд СМИ и Антикоррупционный центр прямо связывают выезд с разрешением президента, источники же в Офисе президента называют это «личной самодеятельностью» Кравченко.

В чём расходятся сообщения

Главные расхождения между источниками:

1) Действительность вручения подозрения Кривоносу: Кравченко и первоначальные сообщения Офиса генпрокурора указывали, что подозрение подписано, зарегистрировано в ЕРДР и направлено почтой с квитанциями; НАБУ, САП и сам Кривонос заявили, что бумажный документ лично не вручался ни Кривоносу, ни НАБУ/САП; вечером 14 сентября Офис генпрокурора сообщил, что записи в ЕРДР отменены, а оснований для уведомления о подозрении не было.

2) Цель и маршрут выезда Кравченко: сам Кравченко и Офис генпрокурора говорят о пятидневной командировке с 13 сентября в Париж для участия в слушаниях Парламентской сети ПАСЕ по украинским детям; источники в правоохранительных органах и различных СМИ называют формальным предлогом для пересечения границы командировку в Литву (УП), Брюссель (Цензор.нет) или Польшу (РБК-Украина); спикер ПАСЕ Натали Барджелли заявила, что ни Кравченко, ни представители его офиса не будут участвовать в слушаниях.

3) Возможность выезда генпрокурора за рубеж: Антикоррупционный центр утверждал, что выезд был возможен только с согласия и разрешения президента и был якобы дан в обмен на подписание подозрения Кривоносу; нардеп Сергей Власенко («Батьківщина») заявил, что генпрокурор конституционно независим и не подчинён президенту и мог самостоятельно оформить командировку.

4) Изъятие материалов в ходе обысков «Карфаген»: Кравченко заявил, что НАБУ и САП получили доступ к защищённым материалам уголовных производств в отношении своих сотрудников, и часть документов была скопирована и похищена; Кривонос и Клименко на брифинге заявили, что была изъята только справка (довідка) со списком детективов, находившихся под давлением, а не материалы уголовных дел.

5) Роль президента в решении Кравченко подписать подозрение: Кравченко утверждал, что ранее от этого решения его «политически удерживал» президент Зеленский; источники в Офисе президента в комментариях РБК-Украина, NV и LIGA.net назвали инициативу Кравченко личной самодеятельностью, не согласованной с Банковой, и заявили, что подозрения «не имеют смысла» и будут отменены.

Предыстория

Корни конфликта — в операции «Карфаген», объявленной НАБУ и САП 4 сентября: следствие сообщило о раскрытии преступной организации в Офисе генпрокурора, которая «крышевала» сеть мошеннических кол-центров и отмывала полученные средства. Организатором назван заместитель начальника Департамента международного правового сотрудничества ОГП Сергей Кропива; всего объявлено о подозрениях пяти лицам, Высший антикоррупционный суд избрал Кропиве меру пресечения в виде содержания под стражей с альтернативой залога 120 млн гривен. На этом фоне 7 сентября Кравченко подал заявление об отставке, но как действующий генпрокурор сохранял полномочия до голосования Рады.

Кравченко был назначен генпрокурором в июне 2025 года после руководства Государственной налоговой службой с декабря 2024 по июнь 2025. Опубликованный текст подозрения Кривоносу охватывает эпизоды 2008–2009 годов (якобы фиктивное усыновление ребёнка для получения амнистии в деле о подкупе избирателей в пользу БЮТ) и 2014 года (якобы требование неправомерной выгоды в особо крупном размере при сделке с земельным участком в Обуховском районе, где Кривонос работал в местном отделе юстиции).

Независимые антикоррупционные органы — НАБУ и САП — были созданы после Революции достоинства 2014 года при поддержке ЕС и МВФ и остаются одним из ключевых критериев ЕС для Украины: пресс-секретарь Еврокомиссии Гийом Мерсье 14 сентября подтвердил, что борьба с коррупцией — «ключевой элемент» для любой страны — кандидата на вступление в ЕС, а независимые антикоррупционные органы — «краеугольный камень» верховенства права в Украине.